Карикатура.kz

Главная | О карикатуре | Интервью с Михаилом Златковским

Карикатуры Михаила Златковского, как часто бывало в советские времена, сначала увидели на Западе и лишь в начале семидесятых - в СССР.


20.03.2009 - Интервью с Михаилом Златковским
Сегодня послужной список художника впечатляет, персональные выставки прошли по всему миру, он член Французской академии художеств, вице-президент Европейской ассоциации карикатуристов, основатель и первый президент Союза карикатуристов СССР. Согласно опросу, который несколько лет назад провели среди профессиональных художников всего мира, Златковский был признан "Лучшим карикатуристом всех времен и народов". Что и неудивительно - сто пятьдесят международных премий без особого, уникального таланта не получишь.
     
     - Михаил! А правда, что раньше вас считали карикатуристом-диссидентом?
     
     - Да? Так теперь говорят? Хотя моя жизнь в искусстве начиналась вполне мирно. Все детство я рисовал в бесконечных стенных газетах, у девочек в альбомах. Если нужно было сделать по заказу приятелей порнографические рисунки, рисовал на заборах. Почему-то запомнил, как нарисовал модель для ручки пластмассовой расчески - контур женщины, которая в ногах держит эту самую расческу. Потом по шаблонам старшие ребята из ремесленных училищ вырезали расчески и подарили человечеству огромное количество таких вот женских силуэтов. А все вообще в жизни складывалось обычно: комсомольская юность, прекрасная учеба, естественный выбор в пользу физики - как результат двухлетней дискуссии в "Комсомолке" на тему "Нужны ли нам физики или лирики?". Закончив Московский физический институт, я работал над диссертацией. Не защитил ее по банальной причине: не захотелось вступать в КПСС. Наскучило все! - и я все бросил. Недели две я никуда не ходил, усиленно думал и в конце концов решил заняться любимым делом. Тогда мне было двадцать семь. Началось, пожалуй, самое интересное: попытки рисовать, попытки выжить. Год боролся за публикации, а потом стал просто рисовать. Увлекся карикатурой. Кстати, ее в Советском Союзе всегда называли сатирой. Она, по определению, была "острым мечом партии". Советские сатирики этим гордились. Они получали всевозможные премии и государственные награды. Сатирики были на гребне событий: утром в газете - вечером в куплете. Ходили легенды, например, о поразительной оперативности Бориса Ефимова. Его старший брат Михаил Кольцов был главным редактором "Известий". Вечером он пересказывал брату "завтрашние" новости. И товарищ Ефимов уже утром приносил во все газеты рисунки на животрепещущую тему. Все скандальные политические спектакли, все разоблачительные акции, предпринимаемые властью, проходили во главе с Ефимовым. А недавно он хвастался, что руки у него "чистые", дескать, никого не убил. Да в нашей стране карикатуры работали еще сильнее, чем статьи! В основном карикатуры публиковал журнал "Крокодил". Естественно, я тоже хотел там сотрудничать. Не удалось. Потом наше поколение стало участвовать в международных выставках и внутри единого цеха советских сатириков возникла "пятая колонна".
     
     - Кто конкретно? Можете назвать фамилии?
     
     - Сережа Тюнин, Игорь Макаров, Володя Иванов (он умер в 1978 году, думаю, самый талантливый из нас), Виталий Песков, Василий Дубов... Немножко позже появился Леонид Тишков, затем Алексей Меринов. Так вот, уже в 74-м нам перекрыли все легальные каналы для отправки работ на международные выставки. Хотя предлагали сотрудничать с западногерманскими, французскими журналами, но нельзя было заключать контракты. И все рисовали "в стол". Возникла удивительная субкультура. Ее нельзя было назвать "подпольной культурой". Просто появился неформальный союз Мы общались, ездили друг к другу в гости по всему Советскому Союзу, обменивались новыми идеями и даже устраивали подпольные выставки. Москве повезло немножко больше. Здесь был горком графиков, который, кажется, в 77-м разрешил нам выставляться. У нас было пять или шесть выставок на Малой Грузинской, которые проходили тогда не только с большим успехом, но и с большими неприятностями. Это была захватывающая атмосфера игры с огнем. Нас постоянно вызывали в КГБ и отделы культуры, прорабатывали... И в то же время все, чем мы, в сущности, занимались, так это изощренным показом кукиша в кармане. В своих рисунках я никогда не занимался конкретикой, и это меня спасало. Однажды опубликовали мой теперь уже знаменитый рисунок, с которого началась целая серия знамен других художников: человек с отрубленной головой гордо несет огромное знамя. При более внимательном рассмотрении знамя оказывается топором. Но достаточно было бы мне покрасить этот топор в красный цвет - и суд был бы неминуем. Когда же мне при очередном вызове в компетентную организацию говорили: дескать, этот рисунок с топором против советской власти, я отвечал: ничего подобного! На знамени нет ни одного советского цвета! Аналогичная история случилась еще с одним рисунком: на нем тоже изображено знамя, его полотнище долго-долго развевается, ложится на землю, и возникает огромный лабиринт. Потому что для меня любая идеология - лабиринт.
     
     - А если бы сейчас тебе предложили расцветить это знамя, какой бы цвет ты выбрал?
     
     - Как-то я расцвечивал его для того, чтобы рисунок получился более красивым: использовал весь набор из ста сорока восьми карандашей - красный цвет постепенно переходил в малиновый, желтый - в оранжевый... Для меня любая идеология, выкрашенная в один цвет, уже идеология фашизма. Поэтому цвет, в сущности, не важен... Знаете, я никогда не разыгрывал из себя великого борца, чтобы на немножко сесть и потом быть высланным на Запад. У меня вообще сложное отношение к диссидентству. Есть люди - их совсем немного, которые искренне выбрали мученическую стезю. Основная же масса диссидентов сознательно садилась в лагерь, чтобы потом уехать на Запад. Это был красивый "выход" отсюда. Я встречался со многими из последних. Они влачат на Западе жалкое существование. Коммунизм в СССР умер - и сразу кончились субсидии борцам с ним.
     
     - Когда же наконец пришло официальное признание?
     
     - Наверное, в году 79-м. Тогда появилось осознание того, что ты живешь не где-то на задворках современной западной культуры, а, наоборот, являешься ее центром. Для многих из нас это оказалось серьезным испытанием: кто-то заболел звездной болезнью...
     
     - Действительно, почему вы решили, что самые лучшие в мире?
     
     - Хотя бы потому, что в конце восьмидесятых мы стали участвовать в международных выставках, наши имена появились в мировых каталогах. Работы приходилось отправлять на международные конкурсы в чемоданах с двойным дном. Неприятностей хватало. Я, например, в этот период изобрел огромное количество псевдонимов. До сих пор, например, японское комьюнити (это сообщество граждан японской национальности, проживающих в Соединенных Штатах) разыскивает выдающегося японского художника Ясумото Кумадзо. По легенде, он живет в Хобокэне - на другой стороне от Нью-Йорка, через Гудзон. На самом же деле приятель-американец регулярно отсылал мои рисунки, а на конверте писал свой адрес (для участия в выставках помимо псевдонима требовался адрес). Так вот, этот Ясумото Кумадзо награжден несколькими международными премиями, что можно считать феноменальным достижением для японца, живущего в Штатах! Другой псевдоним бельгийский - Винт ван дер Болт. Международное сообщество на полном серьезе присуждает премию этому художнику - и только русские ребята удивлялись между собой: "Что за странное имя? Какой-то винт с болтом, хорошо еще, что не гайка".
     
     - Вы ведь получили и около полутора сотен международных премий за карикатуры, дизайн, плакат, анимацию... Они дошли до вас?
     
     - До меня доходила лишь информация об этих премиях. Например, вызывают в отдел культуры на Неглинной - на четвертый этаж. Дверь без таблички, в комнате трое молодых людей в серых пиджаках. Через несколько минут начинаешь понимать, что ты где-то что-то вроде бы получил. Мои собеседники тем временем пытаются выяснить, кто именно, что, каким образом и куда послал. У нас существовал неписаный договор: ничего не знаю, ничего не посылал. Однажды в спецхране журнала "Крокодил" мне показали мой личный каталог, подписанный специально для меня. А я даже не подозревал о его существовании. Или еще курьез - в Министерстве культуры меня допустили до одного шкафа: когда его открыли, со всех полок посыпались коробки с медалями, кубками, призами... Среди них я обнаружил и свою, пролежавшую много лет. Начиная с 85-го премии стали приходить. Нас вызывали во Внешторгбанк и предлагали, например, получить премию в пять тысяч долларов рублями по курсу: один доллар - сорок две копейки. Я отказывался. И правильно. Лет через десять Внешторгбанк вернул мне все мои деньги в валюте.Более того - пришли времена, когда я получил от КГБ первое задание. Во время пребывания Михаила Горбачева в Париже случилась весьма неприятная вещь. Михаил Сергеевич тогда демонстрировал миру новый образ социализма с человеческим лицом. А на одной пресс-конференции журналисты высказали сомнение по поводу истинной гласности в СССР. Хотя бы потому, что в советской прессе не появилось ни одной карикатуры на главу государства. А для Запада это и есть показатель свободы слова и мысли. Михаил Сергеевич обеспокоился. Было принято решение нарисовать на Михаила Сергеевича карикатуру. Выбор пал на меня. Я сделал рисунок и получил баснословный гонорар. Карикатуру разослали по международной сети АПН, но в нашей прессе она так и не появилась. Я нарисовал Горбачева, который через бедро бросает борцовским приемом огромного медведя, вооруженного до зубов, одетого в советскую маршальскую форму. Это означало противостояние Михаила Сергеевича военщине. При Горбачеве я смог выезжать за границу, показывать свои рисунки. Но теперь их не публиковали в западной прессе: редакторы газет и журналов не понимали, почему я так зло рисую Михаила Сергеевича. Ведь для Запада он был олицетворением всего нового, прекрасного, светлого, что только может быть в постсоветской стране.
     
     - Проще говоря, цензура просто видоизменилась ?
     
     - За собственную моральную позицию всегда приходится платить. Например, Армянский музей национального искусства и современной эстетики предложил мне сделать серию плакатов. Именно в тот момент случились трагические события в Баку. Естественно, я сделал плакаты в защиту армян. И ко мне начали по почте приходить письма с угрозами. Звонили люди со специфическим акцентом: "Сколько тэбэ заплатили? Если нэ прэкратишь этим заниматься, ты будэшь уничтожен!" Для меня проблема вовсе не в идеологии, а в вечных идеях добра и зла. Чем обернулась свобода слова? Закрылся один журнал, другой, перестала выходить прекрасная газета "Искра", в которую я с удовольствием бесплатно рисовал. Ее печатали раз в месяц и раздавали чуть ли не бесплатно на Пушкинской площади... Выстоять ведь смогли только те издания, которые имели серьезную спонсорскую подпитку. А у спонсоров - собственная идеология. И рисунки перестали быть нужными. "Острый" рисунок по-прежнему не востребован. Да и таких карикатур сегодня нет.
     
     - А как же Меринов, Бильжо?
     
     - Бильжо - это не политический карикатуризм. Это бытовые жанровые сценки с Петровичем по поводу событий дня. Бильжо никогда всерьез не входил в категорию художников, которые определяли современное положение в карикатуре. Ну, Тюнин чуть-чуть рисует в "Коммерсанте". Есть еще Меринов. Еще - Куксо в "Новых Известиях" - это портретики, которые я считаю беззлобными. А карикатура прежде всего должна бастовать. Карикатура - это шип, который утром газета вонзает в читателя, и особенно больно он должен вонзиться в героя карикатуры. Вот тогда он елозит, вызывает карикатуриста в суд. Так происходит во всем мире. Это самый красивый судебный процесс, когда президент, премьер или министр судится с карикатуристом. В Турции, например, уже несколько лет художники сидят в тюрьмах за то, что они оскорбили премьер-министра. Де Голль постоянно судился со своими карикатуристами, пока лет за восемь до смерти наконец не понял: намного правильнее не судиться с художниками, а их поощрять. Он стал присуждать им премии. И даже собирать карикатуры. Представляете, Де Голль собрал самую большую коллекцию своих собственных карикатур. Более того, на свои личные деньги издал три совершенно потрясающие книги "Де Голль в карикатуре". Их до сих пор считают библиографической редкостью.
     
     - Ну а вам-то повезло? На вас подавали в суд герои карикатур?
     
     - Ни разу.
     
     - Значит, жизнь прожита напрасно?
     
     - Вы серьезно спрашиваете?
     
     - Почти...
     
     - Тогда почти серьезно отвечаю - ценность жизни определяется не количеством премий или судебных процессов, главное - это иметь внутри согласие с самим собой. Вот, например, Слава Сысоев - карикатурист нового времени, сознательно занимался политической карикатурой, был очень популярен на Западе. Я уважаю его как художника. Он сознательно выбрал путь сопротивления властям. Не важно даже, каким. Его посадили - правда, не за политику, а за порнографию. А он сумел и на этом сделать себе имя. За него заступались международные организации, президент Франции... В 1989 году Слава уехал на Запад в цветах, с аплодисментами. Его там приняли, год возили по Европе, устраивали выставки. А потом деньги у "Амнисти интернэшнл", отпущенные на эти разъезды, кончились и Слава стал никому не нужен. Возвращаться обратно? Но ведь цель была - осесть на Западе. Теперь Сысоев проживает в Берлине, где получил бесплатную квартиру, издает собственный журнал. Этот журнал даже известен в каких-то кругах. Но как художника мне его жаль - он уже не существует. Зато был суд. Зато была красивая биография...
     
     - А как вы оказались в Соединенных Штатах?
     
     - Меня пригласили прочитать в нескольких университетах на Восточном побережье США курс лекций о подпольном искусстве 70-х - 80-х годов. Так- в 1993 году попал в Америку. Это совершенно другая страна. Карикатура здесь - самый развитый и самый высокооплачиваемый жанр. Американцы считают карикатуриста третьим человеком по популярности после президента и звезды Голливуда. Если у нас можно по пальцам пересчитать - Меринов, Бильжо, Куксо, -то в США популярных, ежедневно рисующих художников-карикатуристов, наверное, пятьсот-шестьсот. У всех - очень большие зарплаты. С самого начала я получил хорошую работу: был главным художником в одной крупной американской газете, наслаждался новой спокойной жизнью - без проблем, без бандитов, без грязи на улицах и с нормальными полицейскими Первый год был просто сплошным кайфом. Я всю жизнь страдал от московских дождей и зим, а здесь попал в вечное лето и ходил в шортах. Второй год - это уже год анализа. Третий - год приговора, вынесенного мной Соединенным Штатам. Это страна плебеев. Все, что мы знаем об Америке - это романтическая сказка, навеянная американскими фильмами.
     
     - А кто кроме Горбачева был у тебя любимым персонажем?
     
     - Только Горбачев! Я рисовал Ельцина, Ленина, Брежнева, но Горбачева любил больше всех.
     
     - Сейчас есть запрещенные рисунки?
     
     - Достаточно. Пресса ведь ангажирована.
     
     - Значит, все-таки жанр карикатуры работает?
     
     - Да, но он все еще не востребован.
     
     Александр ЩУПЛОВ, Дмитрий МОЖЕИТОВ, журнал "ЛЮДИ", декабрь 1999.


http://www.zlatkovsky.ru


Новости

27.08.12 Конкурс карикатуры от движения "Твой выбор"

01.01.12 Поздравление с Новым годом от Эфен Гай

01.01.12 Новые карикатуры Владимира Тихонова

20.03.11 Международный форум визуального юмора КАРИКАТУРУМ 6

20.03.11 Три новые карикатуры от Бауржана Избасарова

О карикатуре

02.04.09 Рисованные истории

23.03.09 Так что же такое карикатура?

20.03.09 Вячеслав Бибишев: "Пока есть новости и дураки, работа у карикатуристов всегда будет"

20.03.09 Михаил Златковский: "Я никогда не считал себя карикатуристом"

20.03.09 Выставка к 60-летию известного художника-карикатуриста Владимира Мочалова

Шаржи

20.03.09 Шаржи Херлуфа Бидструпа

20.03.09 Пожалуй, в шарже есть что-то привлекательное

20.03.09 Художник нарисовал шарж на Гуса Хиддинка

20.03.09 "Кремльфинансгруп": шарж на государство

20.03.09 Вражеский шарж

Коллекция карикатур

Политические Метро Армейские Знаменитости Автомобильные
Политические Метро Армейские Знаменитости Автомобильные
Медицинские Животные Экономика Спортивные Кризисные
Медицинские Животные Экономика Спортивные Кризисные
Барак Обама Курильщики Новый год    
Барак Обама Курильщики Новый год    
ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 Яндекс цитирования